Cудебно-медицинская экспертизы - главный камень преткновения для следствия

Возросло число уголовных дел по врачебным ошибкам,- подзаголовок в Российской газете, обозначивший реальной существующую проблему для отечественной правоохранительной системы.

По статистике Следственного комитета, сегодня в каждом регионе страны расследуются десятки смертей пациентов, в которых подозревают врачей. Чаще всего медикам вменяют две статьи УК - 109-ю “причинение смерти по неосторожности” и 293-ю “халатность”.

В СКР рассказывают - любое уголовное дело о смерти человека от действий или бездействия врачей начинается с назначения судебно-медицинской экспертизы. Это - главный источник доказательств по этой категории дел. И главный камень преткновения для следствия. Любой юрист перечислит “проколы” экспертизы. Основной - низкое качество. Под этим специалисты понимают неполноту исследований, неоднозначные выводы, когда их можно трактовать как угодно. Как правило, эксперты отказываются устанавливать причинно-следственную связь между действиями медиков и наступившими последствиями. По этой причине вслед за одной следствие вынуждено назначать еще несколько экспертиз.

Экспертиза почти всегда старается промолчать, когда видит, мягко говоря, странные истории болезни. Правилом “хорошего тона” стало замалчивание очевидных искажений и приписок в медицинских картах, которые присылают клиники. Повсеместной “болячкой” стала необъективность выводов экспертов из региональных бюро, если речь идет о действиях медицинского персонала лечебных учреждений “своего субъекта”. Это объяснимо. Эксперты на местах и медики подчиняются одному и тому же управлению здравоохранения.

Системы независимых экспертов в стране не существует. У следователя нет выбора, где проводить экспертизу. Он может обратиться либо в региональное бюро судмедэкспертизы, либо в единственное федеральное экспертное учреждение минздрава. А там - колоссальная очередь и услуги для регионов платные. В итоге экспертиза растягивается на долгие сроки и высок процент отказов в возбуждении уголовных дел по заявлениям граждан. Сейчас в среднем расследование длится около двух лет и до 77 процентов подобных расследований прекращается, не дожив до суда. Эксперты говорят, что в этом кроется высокая степень латентности “медицинских” преступлений и их рост.

Все эти законодательные пробелы, ведомственные недоработки и отсутствие независимой экспертизы бумерангом ударяют и по врачам. В такой ситуации и добросовестный доктор автоматически попадает под подозрение, если с пациентом случилось несчастье.

Эксперты (судебно-медицинские эксперты и врачи-клиницисты, привлеченные в качестве судебных экспертов) несут уголовную ответственность ТОЛЬКО только за ЗАВЕДОМО ЛОЖНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ (эксперт изначально знал, что его экспертные выводы не соответствуют действительности и желал, чтобы они изложены недостоверно). Его заблуждение по любым мотивам (нет вышеназванных признаков) в отношении установленных им медицинских обстоятельств не влечет никакую юридической ответственности. Суд как правило всецело доверяется экспертным выводам, а не контролирует их обоснованность с точки зрения норм процессуального права. Добиться дополнительной или повторной судебной экспертизы очень сложно, т.к. судья связан сроками судебного разбирательства, а назначение доп. или повторной экспертизы удлиняет сроки. Шансы становятся еще более призрачными, если у истца представитель просто юрист, без специализации в медицинском праве. Если в гражданском процессе добиться назначения судебно-медицинской экспертизы вне системы региональных бюро СМЭ еще возможно, то в уголовном процессе следствие назначает СМЭ по месту нахождения правоохранительного органа. Для уголовных дел вследствие причинения вреда здоровью (бытовуха, ДТП и др.) это оправданно, но для т.н. “врачебных дел” следствию нужно отдаление от региональных бюро, что невозможно по денежным соображениям (у следственных органов фактически нет денег, чтобы оплачивать иногородние экспертизы). Поэтому уголовные дела прекращаются. Именно из-за этого Центр медицинского права никогда не рекомендует обращаться в прокуратуру или полицию, что изначально катастрофически снижает шансы на перспективы установления объективной истины. Нужна конкуренция при проведении судебно-медицинской экспертизы, как впрочем и медико-социальной.