Неотвратимость уничтожения недоздравоохранения

Меня позабавила подача материала в статье «Рентабельность уничтожения народонаселения» № 24 (465) от 2 июля 2015 [«Аргументы Недели», Александр ЧУЙКОВ]. Ну, хороший человек доктор Воробьев, хороший клиницист, и это здорово! Но пусть играми престолов занимаются дети: у кого там 2% смертности, а как на самом деле? На самом деле без игр все видно.

«Вышка» ли в том повинна? Или просто профессору (и не ему одному) неведомо слово «рентабельность»? Может, для начала, стоит отделить медицину от того здравоохранения, которое хорошее или нехорошее, и понять, что независимо от этого врачи просто обязаны хорошо получать и хорошо жить. Тогда причем здесь оценка причастности к здравоохранению медицины?

А вот дальше начинается главное: здравоохранение – это бюрократия. Это сплошь должностные лица, которые должны отвечать по делам своим. Но не отвечают. И не будут отвечать. Чем выше, тем меньше. Вон Голикова – пересела в другое кресло, а то, что гаечку открутила, из-за чего Скворцова здравоохранение под откос пустила – это сама же ей в вину и поставила.

А занимается бюрократия в здравоохранении не лечением людей, а освоением денег государственной казны, и вроде на это самое лечение. То есть на лечение получает от государства деньги и раздает их врачующим. Проще говоря: за кассой – бюрократия, с протянутой рукой – медицина. Недодаст – к кому претензии пациентов?

Из врачей-клиницистов даже с их мелким мздоимством воры никудышные.

К деньгам они не допущены так же, как пациенты.

А затрещины получают за все уворованное другими.

Зато бюрократия на голубом глазу сострадает нехватке денег для медицины.

Иное дело – частники. Лишь избранные из них припали к истокам казны в качестве страховых медицинских организаций. Другие избранные оказались допущены к ГЧП.

Ну, и к чему ж здесь профессорский пафос? Какая нерентабельная или рентабельная медицина? О чем речь? О том, что доходы должны, по меньшей мере, соответствовать расходам (при простом воспроизводстве), а вообще-то – превышать (для расширенного производства)? Это банальные вещи. Что-то из ничего не возникает. И то, чем пользуется медицина, тоже стоит денег. Это называется себестоимость или издержки производства. Медицинская помощь – не товар. Товарной оболочкой медицинской помощи является медицинская услуга.

Вот о ценах медицинских услуг и можно говорить. Цены устанавливает рынок, что естественно. А государство, если желает, устанавливает тарифы, т.е. средства, которые оно готово платить за те же рыночные услуги. Медицина нигде от этого государственной не становится, как и цены остаются рыночными. Но некоторая часть медиков соглашается работать на государственных тарифах – это их право. Некоторая часть медиков в ряде стран вообще состоит на государственной службе (в Бразилии, Нидерландах и пр.) – как в армии. Если это позволяет здравоохранению через медицину решать проблемы здоровья в стране – почему бы нет? Но при чем тут система здравоохранения? Это система финансирования медицины в данном случае, не более (кстати, контроль там к месту и по делу, а не ради собственно контроля).

Оплата медицинской помощи является одним из способов делать привлекательными не привлекательные предложения. Именно поэтому кто-то месит навоз в деревне, а кто-то работает на северах: контракт, срок, размер оплаты, отличной от обычных доходов. И тогда что плохого в том, что все – частники. Просто каждый выбирает по себе.

Профессор полагает, что смысла во всей наблюдаемой нами в последнее время вакханалии нет, я же уверен в обратном. Этот смысл просто – другой, и процессы – другие, чем «мир, дружба, жвачка». На наших глазах происходит сращение несменяемой бюрократии с бизнесом-крупняком. Вот и весь смысл. Москве не нужно 17 или сколько там миллионов – достаточно одного. Стране и 60 миллионов достаточно для обслуживания трубы. Остальным придется уйти – не по-хорошему, так по-плохому. Во всяком случае медицина станет полностью платной под комфорт этого миллиона. Остальные просто не смогут к ней подступиться. Вот и вся логика «Вышки»: по одежке… А Кузьминов просто исполняет социальный заказ. Но социальный – это значит ограниченный внутренностью того миллионного круга, а не наоборот.

Концепцию другого, Концепцию социально-ориентированной рыночной реформы здравоохранения, повторять не буду: кому надо – найдут. Но там далеко до фантазий профессора. И никакой конспирологии.

Отсутствие головы – это тоже следствие, а не причина.

Доктор Тихомиров

Направил туда же, в «Аргументы Недели» Александру Чуйкову. Посмотрим, какова будет реакция.

Источник: aquareus.jurinfozdrav.ru