Клинические рекомендации - самый древний источник права, или все-таки не более, чем источник медицинских знаний...

Уважаемые коллеги, хочу поделиться вопросом, который мучает меня уже на протяжении длительного времени, поскольку достаточно обоснованного ответа до сих пор на него я найти не могу… Вопрос касается правового статуса клинических рекомендаций (протоколов лечения) - данная тема недавно обсуждалась в видео конференции, проводимой с участием традиционно Алексея Валентиновича, а также приглашенных Ивана Печерея и Игоря Степанова. Надеюсь, что участники конференции также прочитают мое сообщение, может даже дадут свои комментарии, чтобы прояснить ситуацию как для меня, так и для других читателей.

Говоря о клинических рекомендациях, подавляющее большинство специалистов придерживается точки зрения, что они не могут являться нормативно-правовым актом , поскольку не обладают его признаками. Алексей Валентинович, подводя промежуточный итог беседы, резюмирует: “… У клинических рекомендации нет юридических признаков нормативного правового акта и если их нет, значит это не нормативно-правовой акт…”, действительно, говоря о сути понятия, необходимо опираться на характерные его признаки, принципы, основные начала, которые и определяют его сущность - данная логика абсолютно правильна и обоснованна, поэтому целесообразно привести признаки нормативно-правового акта: - представляет собой официальный письменный документ, - имеет установленную форму и реквизиты, - принимается в ходе правотворческой деятельности, - принимается уполномоченным субъектом правотворчества, - принимается на основе норм права, - принимается в порядке, предусмотренном нормами права, - устанавливает, изменяет или отменяет нормы права, - имеет государственно-властный характер и обязателен для исполнения, - адресован широкому кругу лиц, - рассчитан на многократную реализацию. Из представленных признаков, мы видим, что хоть некоторые признаки и соответствуют клиническим рекомендациям, все же, последние не принимаются в ходе правотворческой деятельности, поэтому не могут быть нормативно-правовым актом.

Абсолютно согласен в этом отношении с коллегами , но вопрос мой заключается в следующем: почему мы не применяем аналогичный подход, когда говорим о правовом обычае , почему если клинические рекомендации не относятся в нормативно-правовому акту, они вдруг заведомо, не понятно мне почему, стали правовым обычаем, т.е. источником права, могут ли они вообще являться таковым?…

Я думаю, чтобы быть последовательным в своих рассуждениях, необходимо обратиться опять же к определению правового обычая, и признакам, которые из него вытекают: “Правовой обычай - фактически сложившееся, в течении длительного времени, в результате многократного повторения правила, регулирующие общественные отношения в определенной сфере, которые признаются обществом и государством в качестве общеобязательных норм права " “Правовой обычай представляет собой неписаное правило поведения, сложившееся вследствие его фактического и многократного применения в течение длительного времени и признаваемое государством в качестве общеобязательного правила " “Правовой обычай - это устойчивое правило поведения, сложившееся исторически и вошедшее в привычку “.

Таким образом, можно выделить следующие признаки правого обычая: - продолжительность существования (самый древний источник права), - как правило (не всегда, но часто), устный характер, - возникает не «сверху», а «снизу», всилу этого полнее выражает волю народа, его потребности, - большая добровольность в исполнении (так как основан на привычке), - носит консервативный и региональный характер, - санкционированность государством.

Учитывая вышеизложенное, мы видим, что практически ничего из приведенного не то чтобы даже не подходит клиническим рекомендациям, а абсолютно им противоречит. Ведь что такое клинические рекомендации? Это продукт мыслительной деятельности отдельных людей, обладающих специальными знаниями в определенной отрасли медицинской науки, которые появляются через каждые несколько лет, обновляются, могут быть даже не связаны с той практикой, которая применялась до этого в большинстве лечебных учреждений, т.к. отражают введение новых медицинских технологий, знаний и пр.

По сути своей, то же самое можно сказать про любой медицинский учебник, но поскольку учебников очень много, в т.ч.и монографий, то ссылаться на них очень не удобно как в административной деятельности, так и в судебном процессе, для чего, по моему глубокому убеждению, и была принята попытка хоть как-то систематизировать и привести к общему знаменателю весь колоссальный объем различных школ и взглядов на отдельные отрасли медицинской науки в РФ.

Также хочу отметить как судебно-медицинский эксперт, занимающийся в т.ч. экспертизами правильности лечения, что очень часто клинические рекомендации справляются с возложенной на них функцией именно источника медицинских знаний.

Продолжая тему источников права, также хочется отметить, что если уж и пытаться сравнивать с ними клинические рекомендации (что по моему мнению не верно), то в таком случае, не стоит забывать о таком источнике права, как доктрина. Конечно, уже более 50-ти лет в нашей и большинстве стран мира, юридическая доктрина не может являться источником права, поэтому все юристы в один голос заявляют, что юридические учебники и пр. труды известных юристов призваны только разъяснять действующие нормы права и никак не быть их источником. Почему же тогда нет такого мнения относительно клинических рекомендаций…

Возможно, я в чем-то ошибаюсь, считая клинические рекомендации не более чем источником медицинских знаний,где-то имеются упущения в моей логике, поэтому буду благодарен, если более опытные коллеги мне укажут на это, т.к. в настоящее время я пока еще не услышал ни одного достаточного обоснования правового статуса клинических рекомендаций в виде правового обычая.