Нужно ли доказывать причинно-следственную связь?

В своём первом сообщении на портале я бы хотел поделиться с коллегами одним из последних дел, или как сейчас модно говорить, “кейсов” в суде одного из городов Челябинской области. Сразу оговорюсь, режим адвокатской тайны не позволяет мне выложить судебные акты (если только с удалёнными личными данными), но если кому-то интересны их полные тексты – я что-нибудь придумаю. В крайнем случае, попрошу разрешения на публикацию у доверителя.

История эта началась больше года назад, и пока ещё не завершилась – решение суда первой инстанции, хоть оно и вынесено в нашу пользу, мы обжалуем в части размера присуждённой компенсации морального вреда. Думаю, не удовлетворён решением и ответчик. В любом случае, развитие событий я буду освещать в блоге.

Мы обратились с иском к городской больнице, в которой моему доверителю была сделана операция в связи со сложным переломом бедра. После операции возникло осложнение, связанное с нарушением функций ходьбы. В результате понадобилась повторная операция, которую сделали уже в областной больнице, поскольку местным врачам доверия уже не было.

Спустя некоторое время я вступил в дело. По «врачебным» делам я практикую комплексный подход: до подачи искового заявления обращаюсь в страховую компанию (если правоотношения возникли в рамках ДМС, как в описываемом случае), при необходимости – в минздрав субъекта, в Роспотребнадзор, прокуратуру и (в случае, если усматриваю признаки состава преступления) в правоохранительные органы. В данной ситуации мы с доверителем приняли решение в контролирующие органы не обращаться, а в части уголовного преследования оснований для обращения с заявлением о преступлении тоже не было.

Экспертиза качества медицинской помощи, проведённая страховой компанией, выявила дефекты медицинской помощи, и мы подали иск. Позиция ответчика была предсказуемой (виноват сам истец, т.к. нарушил послеоперационный режим). Также предсказуемо было и ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы (мы, естественно, возражали, но предложения по кандидатуре эксперта и вопросы для него на всякий случай подготовили). Экспертизу суд назначил, но на разрешение поставил (из двух десятков вопросов, предложенных сторонами) только один: имеется ли причинно-следственная связь между действиями сотрудников и наступившими последствиями?

Поставленный перед экспертом вопрос меня несколько озадачил. Во-первых, он в принципе не входит в компетенцию эксперта. Во-вторых, наша позиция строилась на том, что причинно-следственная связь доказыванию в принципе не подлежит. И в-третьих, я предполагал, что ответ будет отрицательным.

Теперь подробнее о нашей позиции и о том, почему (по моему мнению) не нужно доказывать причинно-следственную связь. В исковом заявлении мы просили взыскать компенсацию морального вреда и штраф за неисполнение требований истца в добровольном порядке. Разумеется, ссылались на Закон «О защите прав потребителей», спасибо Постановлению Пленума ВС “О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей”. Помимо отнесения медицинских услуг по ОМС к сфере защиты прав потребителей, в п. 45 этого Постановления указано, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. То, что услуга некачественная, а значит нарушены права истца, как потребителя, нами было доказано.

Кстати пришёлся и обзор судебной практики № 4 (2016), утверждённый Президиумом ВС РФ 20 декабря 2016 г., в котором изложена следующая позиция ВС: взыскание компенсации возможно и в случае, когда врачебная ошибка не повлекла никаких последствий для здоровья лица, но причинила ему нравственные страдания.

Экспертиза проводилась в областном бюро СМЭ больше полугода. Результат, в общем-то не удивил: эксперты подтвердили дефекты медпомощи, указали, что выявление причинно-следственной связи является прерогативой органов дознания, следствия и суда, но отметили, что дефекты медпомощи «оказали косвенное влияние на паталогический процесс и исход травмы».

Опасения у меня, тем не менее, оставались. Суды при рассмотрении дел данной категории иногда указывают на необходимость доказывания вины ответчика и причинно-следственной связи между его действиями и наступившими последствиями. Эта практика, очевидно, сформировалась ещё во времена, когда «медицинские» споры ещё не были «потребительскими».

Но всё закончилось хорошо: прокурор нашу позицию поддержал, исковые требования суд удовлетворил, хотя и не в полном объёме. Что скажет апелляционная инстанция – вопрос, ответ на который я обязательно опубликую здесь.