Право-мед.ру
Само по себе внесение ложных сведений в медицинскую документацию и получение стимулирующих выплат не является достаточным основанием для привлечения к ответственности по статье 6.29 КоАП РФ
Советский районный суд города Липецка вынес решение по делу об административном правонарушении в отношении врача общей практики одной из центральных районных больниц. Судья, рассмотрев материалы дела, приняла решение об отказе в удовлетворении протеста межрайонной прокуратуры на постановление о прекращении производства по делу
По версии прокуратуры, врач общей практики, работающая в Данковской центральной районной больнице, допустила административное правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 6.29 КоАП РФ.
Данная норма устанавливает ответственность за непредставление или несвоевременное представление руководителем медицинской организации уведомления о возникновении конфликта интересов медицинского работника.
Основанием для возбуждения дела послужили результаты проверки, проведенной прокуратурой в апреле 2025 года. Было установлено, что в августе и октябре 2024 года врач якобы провела диспансеризацию пациентов, которые к тому времени уже скончались.
При этом показатели "Фактическое количество посещений" были выполнены врачом на 194,1% в августе и на 285,9% в октябре, что повлекло выплату стимулирующих надбавок в размере 75% должностного оклада.
Однако Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Липецкой области ранее прекратил производство по данному делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения.
Данное решение и пыталась оспорить прокуратура.
Суд в своем решении подчеркнул, что согласно статье 75 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", конфликт интересов представляет собой ситуацию, при которой у медицинского работника возникает личная заинтересованность в получении материальной выгоды или иного преимущества, которое влияет или может повлиять на надлежащее исполнение профессиональных обязанностей вследствие противоречия между личной заинтересованностью и интересами пациентов.
Ключевым моментом в решении суда стало то, что само по себе внесение ложных сведений в медицинскую документацию и получение стимулирующих выплат не является достаточным основанием для привлечения к ответственности по статье 6.29 КоАП РФ. Необходимо установить именно наличие конфликта интересов, что предполагает определенные правовые критерии.
В ходе судебного разбирательства было установлено, что материалы дела не содержат информации о количестве плановых и фактически проведенных профилактических медицинских осмотров и диспансеризации, выполненных врачом, а также о размере стимулирующих выплат конкретно за случаи проведения диспансеризации в отношении указанных пациентов.
Представитель Территориального органа Росздравнадзора пояснила в суде, что вопрос о конфликте интересов должен рассматриваться именно в контексте осуществления медицинским работником своей профессиональной деятельности, а не просто как нарушение должностных обязанностей государственным служащим. При этом не всякое нарушение должностных обязанностей является конфликтом интересов.
Суд отметил, что согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, при рассмотрении дел об административных правонарушениях действует презумпция невиновности лица. Вина в совершении административного правонарушения должна быть установлена уполномоченными лицами, а неустранимые сомнения в виновности должны толковаться в пользу лица.
В данном случае административный орган, исходя из принципа презумпции невиновности и положений КоАП РФ, обоснованно пришел к выводу о необходимости прекращения производства по делу в связи с отсутствием в действиях врача состава административного правонарушения.
Прокуратура не представила существенных доказательств наличия конфликта интересов и ограничилась лишь попыткой переоценить выводы административного органа. Несогласие прокурора с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием норм действующего законодательства не свидетельствует о допущенных нарушениях норм материального права или процессуальных требований.
