Право-мед.ру
Обязанность по указанию даты направления на МСЭ и корректному закрытию листка нетрудоспособности лежит на том лечебном учреждении, которое фактически направляет пациента на экспертизу
Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан обратилось в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Медси-Уфа» о взыскании расходов в размере 4 068руб., излишне понесённых в связи с выплатой пособия по временной нетрудоспособности. Основанием для обращения стало выявление нарушений при оформлении электронного листка нетрудоспособности за период с 17 по 25 мая 2024 года в ходе внеплановой проверки.
По мнению Фонда, ООО «Медси-Уфа» нарушило требования пунктов 36, 69 и 72 Порядка формирования листков нетрудоспособности, утверждённого приказом Минздрава России от 23 ноября 2021 г. №1089н, что привело к необоснованной оплате пособия за счёт средств бюджета Фонда за период с 21 по 23 мая 2024 года — дни, когда, согласно законодательству, выплата должна была производиться за счёт работодателя или вообще не начисляться ввиду установления инвалидности.
В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, в дело были привлечены пациентка и государственное бюджетное учреждение здравоохранения Республики Башкортостан Городская клиническая больница №13 города Уфы, которая ранее также выдавала ЭЛН этой же пациентке и направила её на медико-социальную экспертизу (МСЭ).
Ответчик — ООО «Медси-Уфа» — в отзыве на иск просил отказать в удовлетворении требований, указав, что листок нетрудоспособности был сформирован корректно и без нарушений. По версии медицинской организации, пациентка обратилась к ним с жалобами на заболевание, не связанное с основанием для установления инвалидности, и не сообщила ни о своём направлении на МСЭ, ни о наличии ранее выданного другим учреждением листка нетрудоспособности.
Кроме того, ООО «Медси-Уфа» подчеркнуло, что работает в автономной медицинской информационной системе «Инфоклиника», не имеющей технической интеграции с государственными ИС здравоохранения, включая региональную медицинскую информационно-аналитическую систему (РМИАС) и федеральный реестр инвалидов. Следовательно, у клиники отсутствовала возможность получить информацию о том, что пациентка была направлена на МСЭ другой медицинской организацией — Городской клинической больницей №13.
Фонд, со своей стороны, настаивал на том, что в соответствии с п. 36 Порядка при установлении инвалидности срок временной нетрудоспособности должен завершаться днём, предшествующим дате регистрации документов в бюро МСЭ, а в соответствии с п. 69 и 72 Порядка при продлении листка нетрудоспособности после направления на МСЭ должны были быть указаны соответствующие коды и даты. Поскольку ООО «Медси-Уфа» продолжило оформление ЭЛН до 25 мая, включая дни после даты установления инвалидности (21 мая), Фонд считал, что это привело к неправомерному возмещению пособия за счёт бюджета Фонда, тогда как первые три дня нового периода временной нетрудоспособности должны были оплачиваться работодателем, а последующие — не оплачиваться вовсе ввиду наступления страхового случая иного рода — инвалидности.
Суд первой инстанции исследовал представленные доказательства и обстоятельства дела. Было установлено, что первоначальный ЭЛН за период с 8 по 14 мая 2024 года был выдан Городской клинической больницей №13 и своевременно закрыт.
13 мая пациентка отказалась от стационарного лечения в этой больнице и обратилась в ООО «Медси-Уфа», где 17 мая был открыт новый ЭЛН. Между тем, 20 мая Городская больница №13 направила документы в бюро МСЭ для установления инвалидности, не вложив в них сведения о новом ЭЛН, поскольку о его существовании не знала. 21 мая пациентке была установлена третья группа инвалидности. При этом ООО «Медси-Уфа» 21 мая продлило ЭЛН до 25 мая и закрыло его только 25 мая.
Ключевым обстоятельством, установленным судом, стало то, что ООО «Медси-Уфа» не имело доступа к информации о направлении пациентки на МСЭ и не могло знать о дате установления инвалидности. Никаких доказательств того, что клиника получала такую информацию от пациента или из иных источников, Фонд представить не смог.
Суд также отметил, что обязанность по указанию даты направления на МСЭ и корректному закрытию листка нетрудоспособности лежит на том лечебном учреждении, которое фактически направляет пациента на экспертизу. В данном случае направление осуществила Городская клиническая больница №13, а не ООО «Медси-Уфа».
Таким образом, требования Порядка, на которые ссылался Фонд, не могли быть исполнены ответчиком объективно — из-за отсутствия соответствующих сведений и технической невозможности их получения. Суд пришёл к выводу, что в действиях ООО «Медси-Уфа» отсутствует как противоправность, так и вина, необходимые для наступления деликтной ответственности по ст. 1064 ГК РФ. Кроме того, не была установлена причинно-следственная связь между оформлением ЭЛН и возникновением расходов у Фонда: пособие было выплачено в связи с наступлением страхового случая — заболевания, подтверждённого врачом, а не вследствие неправомерных действий клиники.
На этом основании суд 11 июня 2026 года вынес решение об отказе в удовлетворении требований Фонда. Суд указал, что хотя Фонд вправе предъявлять регрессные требования к медицинским организациям при нарушении порядка оформления листков нетрудоспособности (ст. 4.2 Федерального закона №255-ФЗ), такое право реализуется лишь при наличии всех элементов состава правонарушения, включая вину и причинную связь. В рассматриваемом деле эти условия не были доказаны.
