Право-мед.ру
Ломоносовский районный суд Архангельска отказал во взыскании суммарно 7 миллионов рублей, указав на отсутствие доказанного вреда здоровью
В конце августа 2026 года Ломоносовский районный суд города Архангельска вынес мотивированное решение по резонансному для регионального здравоохранения гражданскому делу о взыскании компенсации морального вреда.
Инициаторами судебного разбирательства выступили пациент и, предположительно, его близкий родственник, которые обратились в суд с масштабными финансовыми претензиями к системе здравоохранения Архангельской области.
Истцы требовали взыскать в пользу пациента четыре миллиона рублей с Архангельского клинического онкологического диспансера и два миллиона рублей с Архангельской областной клинической больницы.
Дополнительно родственник пациента запрашивал компенсацию в размере семисот тысяч и трехсот тысяч рублей с этих же медицинских учреждений соответственно.
Суммарные требования о взыскании морального вреда превышали семь миллионов рублей. В качестве соответчика к участию в деле было привлечено министерство здравоохранения Архангельской области, а в статусе третьих лиц выступили Территориальный фонд ОМС и страховая компания СОГАЗ-Мед.
Основанием для обращения в суд послужили обстоятельства оказания медицинской помощи онкологическому больному в период с конца августа по конец октября 2022 года. Истцы полагали, что маршрутизация пациента между областной клинической больницей и онкологическим диспансером, а также сами лечебные мероприятия проводились с существенными нарушениями, что повлекло за собой физические и нравственные страдания.
Представители медицинских организаций с исковыми требованиями категорически не согласились, ссылаясь на то, что вся медицинская помощь оказывалась строго в рамках действующих клинических рекомендаций и распоряжений регионального минздрава, регламентирующих порядок маршрутизации онкологических больных.
Рассматриваемый спор затронул классическую проблему разграничения понятий «дефект оказания медицинской помощи» и «вред здоровью». Судья, рассматривающий дело, справедливо напомнил сторонам о базовых нормах Гражданского кодекса РФ, в частности статей 151, 1064 и 1099. Хотя закон и устанавливает презумпцию вины причинителя вреда, освобождая медицинскую организацию от ответственности лишь в случае, если она докажет отсутствие своей вины, это не снимает с истца обязанность доказать сам факт наличия вреда и причинно-следственную связь между противоправным поведением медика и наступившими страданиями.
Для объективного разрешения спора судом была назначена и проведена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручили специалистам Санкт-Петербургского института независимой экспертизы и оценки.
Заключение экспертов, полученное судом в июле 2026 года, стало переломным моментом в деле. Комиссия специалистов не выявила никаких недостатков или дефектов при оказании медицинской помощи пациенту в областной клинической больнице в период его нахождения там с 4 по 9 сентября 2022 года, а также в онкологическом диспансере в период с 9 сентября по 31 октября 2022 года.
Тем не менее, исследуя иные материалы дела, включая мнения узких специалистов и результаты внутренних проверок, суд обратил внимание на то, что определенный дефект в действиях онкологического диспансера все же имел место, но касался он исключительно событий 3 сентября 2022 года.
Казалось бы, наличие зафиксированного дефекта должно было стать основанием для частичного удовлетворения иска, тем более что участвовавший в процессе прокурор дал заключение, в котором поддержал требования истцов именно к онкологическому диспансеру.
Однако суд, оценивая доказательства в их совокупности, встал на защиту принципов объективного гражданского права.
Само по себе наличие того или иного нарушения порядка оказания медицинской помощи или отступления от стандартов не может служить автоматическим основанием для возмещения морального вреда. Ключевым фактором является влияние этого нарушения на организм пациента.
В материалах дела полностью отсутствовали объективные медицинские данные, которые бы подтверждали, что выявленный дефект от 3 сентября 2022 года повлек за собой ухудшение состояния здоровья пациента, спровоцировал прогрессирование заболевания или стал причиной возникновения тяжелых нравственных страданий, выходящих за рамки обычного переживания, сопутствующего любому серьезному заболеванию.
Экспертная комиссия прямо указала, что выявленные нарушения не повлияли на состояние здоровья пациента. Поскольку истцы не смогли доказать наличие самого вреда как обязательного условия наступления гражданско-правовой ответственности, суд пришел к единственно возможному в данной ситуации юридическому выводу.
Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, Ломоносовский районный суд отказал истцам в удовлетворении всех исковых требований к онкологическому диспансеру, областной больнице и министерству здравоохранения в полном объеме.
Решение не вступило в законную силу.
