Право-мед.ру
Социальный фонд не представил доказательств отсутствия страхового случая
Суд 20 марта 2026 года вновь отказал Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Сахалинской области во взыскании ущерба в размере 174 804,36 рубля с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Сахалинской области «Смирныховская центральная районная больница».
Спор возник после внеплановой проверки, проведенной фондом в январе 2024 года, в ходе которой были выявлены нарушения при оформлении электронных листков нетрудоспособности гражданину, страдающему онкологическим заболеванием — раком предстательной железы. По версии фонда, медицинская организация допустила три ключевых нарушения Порядка формирования листков нетрудоспособности, утвержденного приказом Минздрава России № 1089н:
общий период нетрудоспособности составил 305 дней, что превысило установленный для благоприятного прогноза предельный срок в 10 месяцев;
при неявке пациента на прием 27 июня 2023 года лечащим врачом не была сделана отметка о нарушении режима;
в листке нетрудоспособности от 31 октября 2023 года содержалась запись о направлении на медико-социальную экспертизу, однако последующего оформления инвалидности не последовало, что свидетельствовало об ошибке при закрытии документа.
Именно эти формальные нарушения фонд расценил как основание для необоснованной выплаты пособия по временной нетрудоспособности за счет средств социального страхования, потребовав их возмещения от лечебного учреждения.
Медицинская организация в судебных заседаниях своих представителей не направляла и формально не оспаривала факт выявленных нарушений порядка оформления документов. Однако суд первой инстанции установил принципиально важное обстоятельство: фонд не представил доказательств отсутствия страхового случая.
Пациент действительно находился на стационарном лечении в онкологическом диспансере региона, проходил амбулаторное наблюдение в Смирныховской ЦРБ, своевременно являлся на приемы (за исключением одного случая 27 июня), выполнял назначения врача, а все продления периодов нетрудоспособности свыше 15 дней подтверждались протоколами врачебных комиссий.
Само по себе нарушение сроков продления листка или отсутствие отметки о неявке на прием не свидетельствует об отсутствии заболевания у застрахованного лица. Суд подчеркнул: для взыскания убытков необходимо доказать не просто формальные ошибки в оформлении, а именно необоснованную выдачу листка нетрудоспособности здоровому человеку, чего фонд сделать не смог.
История данного спора демонстрирует устойчивость правовой позиции судов по подобным делам. Изначально решением от сентября 2024 года суд отказал в удовлетворении иска. Апелляционная инстанция в феврале 2025 года оставила это решение без изменения. Однако кассационная инстанция в июле 2025 года отменила акты нижестоящих судов и направила дело на новое рассмотрение, указав на необходимость более детальной оценки доказательств.
В ходе повторного рассмотрения суд вновь пришел к выводу о недоказанности убытков фонда, поскольку расходы возникли в связи с наступлением реального страхового случая — онкологического заболевания, а не в результате неправомерных действий медицинской организации. Выплата пособия была исполнением прямой обязанности страховщика по закону № 255-ФЗ, а не возмещением вреда, причиненного третьими лицами.
Особое значение в решении придается анализу причинно-следственной связи между выявленными нарушениями и расходованием бюджетных средств.
Суд указал, что лечебное учреждение не является субъектом обязательного социального страхования, поэтому отношения по зачету суммы пособия, выплаченного с нарушением правил, возникают между страховщиком и страхователем (работодателем застрахованного лица), а не между фондом и медицинской организацией.
Нарушения пунктов 22, 34 и 68 Порядка № 1089н носят исключительно формальный характер и не свидетельствуют о выдаче листка нетрудоспособности здоровому человеку.
Суд сослался на разъяснения высших судебных инстанций: для взыскания убытков с медицинской организации необходимо доказать отсутствие оснований для выдачи листка нетрудоспособности в принципе, а не лишь нарушение порядка его оформления. Поскольку фонд не оспаривал сам факт заболевания пациента и не представил доказательств его трудоспособности в спорные периоды, оснований для удовлетворения иска не имелось.
Решение не вступило в законную силу.
