Врачам закон не писан?

Дмитрий Иванов
Новые законопроекты защищают медиков от криминала, однако, речь до сих пор не идет о защите граждан от произвола врачей
21.03.2017
176

Новый законопроект не так давно предложен Минздравом, согласно которому российские врачи будут приравнены в своих правах и льготах к представителям власти либо к сотрудникам правоохранительных органов. Необходимость в такой законодательной инициативе ведомство объясняет ухудшившейся криминальной обстановкой, а именно, участившимися фактами нападения на медицинских работников.

Независимое экспертное сообщество считает, что причины для беспокойства у законодателей действительно имеются. Ежегодно на врачей совершается свыше 100 тысяч физических нападений. В отдельных случаях даже применяется оружие. Статистика таких случаев год от года только ухудшается.

В том, что медики на самом деле подвергаются физической расправе, а подчас и убийству, сегодня никого убеждать не нужно, достаточно включить любой новостной канал. Пример тому трагедия, которая произошла осенью 2016 года в Норильске. Пациент кожвендиспансера, резко несогласный с результатами лечения, выстрелил в доктора. У погибшего врача без отца остался четырехлетний сын.

Подсчитать же в точности количество угроз, оскорблений, ежедневно раздающихся в адрес медицинских работников, невозможно. Законопроект, внесенный на рассмотрение Государственной Думы, уже одобрен. Его принятие вскоре внесет правки в Уголовный кодекс РФ. Чиновники рассчитывают таким способом защитить медиков от страха физической расправы, а также позволит серьезно наказывать дебоширов и преступников, которым до сих пор грозит лишь штраф или административный арест.

А как же клятва Гиппократа?

Определенный резон в позиции Минздрава имеется. Защитить врачей на официальном уровне необходимо. Закон для этого и разработан. С другой стороны, проект закона не рассматривает другую, не менее острую проблему. Помимо пациентов-убийц имеются и врачи-убийцы. И если взглянуть на статистику смертности от врачебной ошибки, то цифры здесь в сотни раз большие, чем число нападений на медиков.

Вопиющий случай в Красноярском крае – типичное тому подтверждение. Девочка 14 лет упала на горке и получила ушиб ноги. Обратившиеся к врачам родители девочки не получили надлежащую медицинскую помощь, так как был поставлен неверный диагноз артрит, выдано направление на анализы и пациентку отправили домой. В выходной школьница почувствовала ухудшение, после чего был вызван на дом фельдшер, сделавший укол и отказавшийся госпитализировать пациентку, предложив прийти в понедельник в больницу на прием. Дважды вызванная впоследствии бригада скорой помощи не оказала никакой помощи, в результате чего из-за открывшегося сепсиса девочка скончалась. Родственники потребовали привлечь к ответственности врачей районной больницы, опубликовали петицию, но никого по результатам проведенной проверки так и не уволили.

Возможно, причиной того, что никто не понес заслуженное наказание, стало то, что в данном населенном пункте больница – единственная, зарплаты у врачей маленькие, а на место уволенных просто некого взять.

Это только один из многих примеров, когда, прикрываясь нищетой, медицинские работники пользуются полнейшей безнаказанностью. Врачи с активной гражданской и жизненной позицией работают в городах, где условия и зарплаты несоизмеримо выше, чем в глубинке. В сельской местности остаются работать пенсионеры, а также низкоквалифицированные специалисты, но и их ощущается острая нехватка.

Другой, не менее вопиющий пример – история из Тверской области, когда умер мальчик по вине врача, отказавшегося приехать к ребенку на дом в выходной день. Следственный комитет провел проверку, только ребенка этим не вернуть.

Если взглянуть на столь частые интервью журналистам главы Минздрава, Вероники Скворцовой, то, по ее словам, ситуация в отечественной медицине находится под контролем, а дефицита кадров просто не существует. С этим никак не могут согласиться в огромном количестве региональных медицинских учреждений. Кто подсчитывал число сел, в которых на все случаи жизни работает один фельдшер, а иногда и один на несколько сел.

Если в сельских больницах ситуация плачевна, то и в городах, подчас, все не лучше. Например, в Перми в ходе недавней эпидемии врачи просто отказывались выезжать по вызовам на дом. В ответ на звонки пациентов, операторы скорой помощи бросали трубку. Причиной является нехватка карет скорой, поскольку все они принадлежат частным организациям. Частник сам решает: кому и за сколько сдавать в аренду свои автомобили. Девять подстанций в городе вскоре полностью лишатся машин. А между тем в плане-графике местного Минздрава закупка автомобилей даже не обозначена.

И это не единственная проблема со скорыми в Перми. Неоднократно водители объявляли забастовку из-за задержек по выплате зарплаты частниками. Зарплата в среднем у водителя 8 тыс. руб. За эти деньги он несет финансовую ответственность за нарушение ПДД, поломки автомобиля и т.д. На базах, где проводят техобслуживание машин, отсутствует машинное масло, новые тормозные колодки, смены зимних и летних шин. Если копнуть, то новые на бумаге машины оказываются б/у, при этом их используют не только по прямому назначению, но и для грузовых перевозок.

Пермь – не единственный пример. В Рязани нет разделения на скорой на детские и взрослые бригады. Не существует также и регламента числа бригад, исходя из населенности. Всего в городе 43 бригады, которые обслуживают всех: детей и взрослых, при этом разделение на срочные и обычные вызовы тоже отсутствует. Зато работает ограничение на вызовы, так как, по словам самих рязанцев, повторного вызова можно просто не ждать.

Оснащение бригад и вовсе может шокировать неподготовленного пациента. Хорошо известен пример, облетевший социальные сети, зафиксированный в подмосковном Видном. Там на вызов к больному ребенку приехал фельдшер, подсвечивавший в горло фонариком от своего айфона, так как ничего другого у него просто нет.

Лечение вызывает еще больше вопросов. Даже при правильном диагнозе лечить больных нечем. Например, при инсульте назначают глицин, поскольку гораздо более подходящий месидол изъят из обращения. Запрещены успокаивающие капли, например, настойка пустырника или корвалол. Врачам скорой, в нарушение регламента, приходится покупать их самостоятельно.

А между тем, далеко не каждый врач готов лечить любыми доступными средствами, поскольку немало и тех, кто вообще не желает что-то делать. Например, в Петропавловске-Камчатском больной онкозаболеванием получил от бригады скорой помощи отказ в госпитализации. Пациенту предложили самостоятельно решать свои проблемы со здоровьем. После того, как родные этого человека спровоцировали бурный скандал в соцсетях, немедленно приехала бригада медиков и без споров провела госпитализацию.

В Иваново пациентка вызвала скорую, но получила отказ в госпитализации, так как ее случай был признан незначительным. В результате через некоторое время больная почувствовала ухудшение, впала в кому и скончалась.

О качестве лечения в больницах свидетельствует громкий скандал в Камчатке, где в главном сосудистом региональном центре сердечникам устанавливали просроченные стенты (специальные каркасы из пластика или стали, вводимые в артерию для раздвигания сузившихся стенок сосуда). После того, как эта история стала достоянием общественности, был уволен главврач, но ведь не он покупал «просрочку». Следственный комитет наказал главврача, но те, кто проводил закупки, продолжает это делать уже для других больниц.

На что способны голодные врачи?

Все случаи, когда медицина стала не помощью для пациентов, а убийцей, перечислить просто невозможно. Но это ведь не значит, что таких случаев мало. А причины всего этого давно известны: низкое качество образования, неудовлетворительные условия труда врачей, низкая заработная плата, коррупция в руководящих медицинских кругах.

Минздрав же обещает людям, от которых зависит жизнь каждого из нас, каждый раз что-то новенькое. Одно время речь шла о серьезном повышении зарплат, которые должны были стать чуть ли не такими, как в частной медицине. Потом же позиция резко поменялась, сейчас медикам советуют мотивироваться не заслуженной зарплатой, а самореализацией. Как можно самореализовываться при низкой зарплате говорит статистика: в 2016 г. из-за неправильного лечения и врачебных ошибок погибли 352 пациента, в числе которых 142 несовершеннолетних.

Здесь, разумеется, речь идет только о доказанных случаях. Благодаря круговой поруке, говорить об истинных масштабах бедствия просто не приходится. Если случай не доказан, уголовное дело не заведено, то для статистики его просто не существует. Хотя ошибки есть, умершие пациенты есть. Да и вообще, в России нет официальной статистики смертности граждан от врачебной ошибки, потому что термина даже такого в законодательстве нет.

Нельзя подвести итоги по врачебным ошибкам и по той причине, что такую статистику никто не формирует. Теоретически, такие данные должен собирать и обнародовать Росздравнадзор, но на деле этого нет. Качество медицинской деятельности в стране не проверяется. Никакие научные изыскания в данной сфере просто не приветствуются. Простые граждане не имеют доступа к «секретной» статистике работы медицинских организаций. А причина такой скрытности очевидна: слишком уж о страшных цифрах идет речь.

Специалисты в один голос утверждают, что врач-недоучка – это огромная проблема, последствия которой – смерти пациентов. Система российского здравоохранения породила огромное число таких врачей. Так кто же в этом виноват?

Комментарии: